В Центре Творческих Индустрий «Фабрика» проходит персональная выставка Андрея Кузькина «»Потерявший голову” и другие лесные акции». Центром экспозиции становится новая работа Андрея Кузькина «Потерявший голову». Работа состоит из двух элементов — скульптуры из хлебного мякиша и документации акции. Скульптура представляет собой фигуру идущего человека без головы. Второй и неотъемлемой частью работы, является фото- и видеодокументация акции Кузькина. В процессе акции художник отделяет голову от скульптуры и уносит её в лес. Это далеко не первое сотрудничество художника и Центра творческих индустрий, результаты всегда вызывают неподдельный интерес у заинтересованных зрителей. В материале PollyT художник рассказал про свои знаковые проекты и от чего он «потерял голову».

Андрей Кузькин — художник, перформер, акционист, скульптор. Известен перформансами, акциями и хлебными скульптурами. В сферу его интересов входит изучение отношений человека со временем. Лауреат премии «Инновация» и премии Кандинского. Участник Берлинской биеннале (2010), Биеннале современного искусства в Нью-Йорке Performa (2011), Московской биеннале современного искусства (2015, 2019). Работы находятся в коллекциях Центра Помпиду, Национального музея Гданьска, Государственной Третьяковской галереи, Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, Московского музея современного искусства, Государственного центра современного искусства, Архива музея современного искусства «Гараж», Музея AZ, Stella Art Foundation, BREUS foundation, Фонда Владимира Смирнова и Константина Сорокина.
PollyT: Андрей, что для вас значит делать проекты на «Фабрике»?
Андрей Кузькин: Для меня — это место свободы, где человеческие отношения стоят превыше коммерческой выгоды, «эффективного менеджмента», соблюдения неких абсурдных предписаний и прочей ерунды, которой наполнена до краев наша жизнь. Первая выставка на «Фабрике» «Правдами-неправдами» под кураторством Юлии Лебедевой, в которой я поучаствовал с серией графических листов «Победа», открылась в сентябре 2009 года (выставка проходила в рамках 3‑ей Московская биеннале современного искусства в ЦТИ «Фабрика» — прим.). Спустя пару месяцев в том же году был был показан перформанс «Противостояние» — отмывание глянцевых журналов в ацетоне до состояния белой бумаги. Оперативно организовать проведение такого перформанса с учетом противопожарной и химической безопасности ни в каком другом месте в Москве было просто невозможно.



Летом 2010 в рамках выставки «Редкие виды» под кураторством Арсения Жиляева на «Фабрике» был показан перформанс «Вместе»: я сидел на стуле со своим 4-х летним сыном Осипом, и мы оба держали во рту соски, а на стене над нами висела черно-белая фотография моего рано ушедшего отца — художника Александра Кузькина вместе со мной-младенцем, на которой мы также были запечатлены с сосками во ртах.

Осенью 2011 открылась еще одна групповая выставка под кураторством Сергея Хачатурова — «Энергия ожидания», в которой я поучаствовал с проектом «Мы или эффект присутствия». В зале среди работ других художников было расставлено более сотни пар ношеной обуви. Невольно эта выставка, а, точнее, объекты, оставшиеся после нее, стали поводом для начала долгой истории лесных акций в подмосковном лесу в районе Нахабино (после выставки обувь была вывезена в заснеженный лес и расставлена под елками — акция «Манипулятор. Перемещение ценностей −1» (01.03.2012)), которыми я активно занимаюсь по сей день, и архив которых представлен сейчас в Актовом зале.


В 2017-2018 году я стал резидентом «Фабричных мастерских». Мне была предоставлена возможность закончить важную для меня инсталляцию — «Молельщики и герои», состоящую из более тысячи молящихся человеческих фигурок, слепленных из хлебного мякиша — над этой инсталляцией я работал три года, а помещения, чтобы собрать всю конструкцию воедино, не было — «Фабрика» очень помогла с этим. Также в это время была сделана инсталляция «Дар забвения или формула пустого мира», которая была показана на одноименной персональной выставке в помещении «Артхаус».

Еще одна сессия «Фабричных мастерских» — конкурса бесплатно предоставляемых помещений для художников, благодаря которому я вновь получил на год мастерскую — была в 2020-2021 году. Заявленный проект — «Проходные комнаты — мечты о радости и свободе», состоящий из шести небольших комнат (пол, стены и потолок в которых покрыты абстрактной живописной росписью), к сожалению, реализовать не удалось — не было достаточного финансирования. Вместо него в конце 2021 года в зале «Оливье» открылась моя персональная выставка «— Что это? — Времянка.». Проект состоял из двух частей — в первой, интерактивной, зрители сами писали расписки с текстом «Я еще жив, имя, фамилия, число, подпись» и развешивали их на стены. Во второй была показана видео-, фото- и текстовая документация четырех лесных акций («Времянка — 1», «Времянка —2», «Времянка — 3» и «Времянка — 4»).



Директор ЦТИ Фабрика Ася Филипова: «Есть одна постоянная задача — делать, что дОлжно»
Работа «Потерявший голову» начала появляться тогда же?
Работа была придумана в начале 2020 года. В начале 2022 года в мастерской я слепил большую хлебную скульптуру идущего человека для этого проекта, который сейчас, по прошествии четырех лет, наконец, закончен (голова фигуры отпилена и унесена в лес).

На экскурсиях вы говорите зрителям, что одна из причин «потери головы» — что душой вы всегда в том лесу. Но обычно в таких сравнениях люди «теряют сердце» (например «В горах мое сердце»). Почему для вас важнее было переместить свое «рацио», чем условное сердце?
У меня нет такого разделения — «рацио» в «мозгу», а «чувства» в «сердце». С точки зрения биологии сердце ничего не чувствует — это просто мотор, который гонит кровь по сосудам. Наши чувства, эмоции, воспоминания, рефлексия — это все работа мозга, а мозг находится в голове. Потом, кто такой «потерявший голову»? Это безумный человек. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что для обычного зрителя мои лесные, да и не только лесные опыты отдают безумием. И я играю с этим, включаю этот образ в свой пантеон. Люди со странностями, художники арт-брют, всегда привлекали мое внимание. Просто в отличие от классического «безумца», мое «безумие» контролируемое, и, по возможности, отрефлексированное. Однако, если бы неких сбоев в «матрице» бы не было, то вряд ли бы я был художником и делал то, что делаю.

Вы документируете акции для дальнейшего экспонирования, что вам дает подобная практика?
Возвращаясь к теме «безумия» — процесс документирования и дальнейшая работа с архивами — это процесс рефлексии и осмысления. Если бы не было документирования, то есть желания в дальнейшем сделать некое сообщение для потенциального зрителя, то моя практика оставалась бы забавами человека со странностями. Или некой личной экзистенциальной практикой, никак не связанной с искусством. Именно документация превращает на мой взгляд эти «странные действия» в искусство.

Работа «Потерявший голову» разделена на две части: скульптура из хлебного мякиша, представляющая собой фигуру идущего человека и его голова, которая вывезена в лес. Возле головы установлены камеры, транслирующие происходящее с ней в реальном времени. Природа становится вашим соавтором?Лес в ваших акциях — скорее фон или полноправный участник?
Конечно, полноправный участник. Среда и контекст. Место, где все воспринимается шире, относительнее и иначе, чем снаружи.


после чего отпилил у нее голову и отнес в лес.
Отсоединилась голова от тела и покатилась по лесу
и долго катилась,
пока не привела меня в нужное место.
Там остановилась голова
и я вместе с ней остановился»
«Снаружи» — это в городе? Что для вас он значит в практике и повседневной жизни? Это пространство условий и требований?
Да, во многом так. Но стоит отметить, что это некая поэтическая форма — дихотомия в которой не возможно существования одного без другого. Лес существует в контрасте с городом, а город в контрасте с лесом. Я, как человек, все равно большую часть жизни провожу в городском комфорте, а в лес выезжаю эпизодически. Поэтому сохраняется эта острота восприятия. Для деревенского жителя, живущего на земле постоянно, восприятие его среды обитания будет иным.
По вашим словам, биография, практика, жизнь — это текст. Бывали ли ощущения «пропуска глав» или «возвращения» к ранее прочитанным?
Наверняка я что-то пропускаю, каждый человек, тем более художник, хочет казаться лучше, чем он есть, не обо всем рассказывать, по крайней мере. Мне кажется, что раньше я был смелее и честнее в этом смысле. А процесс постоянного умозрительного закидывания себя то в прошлое, то в будущее — это то, что я практикую постоянно.
Представить нынешний момент, как нечто давно минувшее, посмотреть на него оттуда, или наоборот унестись в далекое прошлое и посмотреть на мир существующий сейчас глазами себя-ребенка — да. Поэтому какие-то старые работы, старые акции не теряют для меня актуальности. Я могу вновь и вновь внутри себя возвращаться к ним, проживать этот опыт, опыт того, что свершилось много лет назад, как будто это произошло сейчас.

Даты выставки: 16 октября — 15 ноября 2026
Москва, Переведеновский пер., 18; «Актовый зал», вход свободный











