Диана Мачулина: "Напуганные официальным представлением фигуративного искусства, критики начинают бояться формы"

Куратор выставки Диана Мачулина и скульптура «Триумфатор»  Ивана Горшкова (Воронеж). Фото: Владимир Куприянов.

В декабре 2015 года в Центре современного искусства «Винзавод» в Москве открылась выставка «Коллективное сознательное. Диалоги с классикой», на которой показаны работы художников-стипендиатов Творческого союза художников России (ТСХ). В выставке приняли участие 21 художник из 16 регионов России. Стипендии предоставлены в рамках молодежной межрегиональной творческой мастерской «Диалоги с классикой». В течение 2015 года куратор Диана Мачулина вела работу со стипендиатами, по итогам которой ТСХ России представляет выставку «Коллективное сознательное. Диалоги с классикой». 

Какие художники участвуют в этой групповой выставке? Как давно существует стипендия Творческого Cоюза Художников России и кому ее дают?

Диана МачулинаСтипендия учреждена в 2014 году Правительством РФ для деятелей культуры, но она не подразумевает, что ее дают только художникам. Всего в год выдают 100 стипендий. Художник не может сам себя подать, его должна  выдвинуть какая-то культурная институция, в данном случае все участники выставки – стипендиаты от одной организации Творческого Союза Художников России. Это – самый молодой из художественных профсоюзов, основанный уже в постсоветское время, и известен тем, что довольно лояльно и с большим нтересом относится к современному искусству. Хотя ТСХР и сотрудничает с Академией Художеств, которая этот проект поддержала, это не означает, что мы показываем здесь именно академизм.

Выставка  о том, как люди получившие классическое художественное образование, научились мыслить проектами в своих произведениях.


Работы Евгении Мальцевой (Ижевск) из серии «Песнь песней» (2015). Фото: Анастасия Гусева

Я сама с отличием закончила Суриковский институт, и могу ответственно сказать, что с мышлением у нас в существующей системе художественного образования более, чем плохо. Традиционалисты принимают за умение рисовать некий крайне низкий и неосмысленный уровень студенческого послушания до самой старости, при этом по инерции умение и желание рисовать считается недостатком среди «прогрессивных» деятелей искусства. Я это надуманное противоречие отрицаю: живопись и рисунок для меня – способ мышления, не больше и не меньше.

С чем тебе, как куратору, было в этом проекте интересно работать? Откуда пришло название Коллективное сознательное'' и что это значит в применении к художественной жизни?

Д.М.: Это не только о культуре, но и о политической сознательности – есть некоторая позиция, принятая большинством, и она трактуется как единственно верная. Что и отразилось в государственных попытках создать «единый культурный код». Подразумевается, что остальное – отклонение и извращение. В этом проекте я обнаружила, что у молодых людей есть эта «сознательность», что они себя пока еще как-то выстраивают по отношению к пропаганде единообразия и выражают это в своих работах. Я старалась не корректировать их высказывания, даже если не согласна с ними, говоря с ними о том, что касалось ясности выражения идеи. Все привыкли говорить о «коллективном бессознательном», а я как раз настаиваю на том, что общество складывается из сознательного выбора, сделанного каждым человеком, и как куратор я не просила доказать художников некую мою идею о свойствах мира, а самим выбрать «главное». Мозаичность результата вселяет надежду на то, что пропаганда не возьмет верх над нами.

Работы Алены Савельевой (Уфа) из серии «Монстры классической эпохи» (2015). Фото: Максим
Киреев

Интересно, что есть некая правда таланта, которая проговаривается о реальности даже тогда, когда мнение стипендиата совпадает с внушаемой официальными СМИ позицией – через такие сугубо профессиональные решения как, например, композиция или характер светотени. Как недавно Марат Гельман сказал: «Кроме общечеловеческой морали есть профессиональные моральные нормы. У монаха и воина они разные. Стерпеть пощечину монаху - достойно, воину – позорно».

У художника своя честность, не всегда она заключается в том, чтобы выйти на баррикады, а часто в том, чтобы у мольберта чувствовать время, и пусть даже невольно, создать картину, которая станет щелью в иллюзии благополучия – а из нее потянет сквозняком грядущей катастрофы, как предупреждение.  

Проект имеет еще и подзаголовок – диалоги с классикой. Как эта задача понималась тобой, как куратором, и как ее воспринимали художники? В чем этот диалог с классикой и классикой какого рода?

Д.М.: Я изначально объяснила художникам, что тут классика - не гипсовая коринфская капитель или голова Антиноя, а в широком смысле - культурное явление, которое оказало влияние на последующее развитие не только искусства, а сознания людей. Культурный опыт отражается на восприятии, и часто, независимо от того, имеет ли человек отношение к искусству или нет, мы слышим: «Это как на картине такого-то …», а чтобы точнее описать современника, сравнивают его с литературным героем. Такое подключение к ресурсам, наработанным человечеством - способ понять современность. Хотя сейчас в России обращение к прошлому принимает абсурдные черты неразличения времен – как на картинах Глазунова, где бок о бок стоят герои прошлого и антигерои настоящего, и Пушкин как будто становится сотрудником жандармов. Но я, собственно, попросила художников выбрать – с кем именно они, мастера культуры. Пересмотр прошлого ведь также и означает, что мы пришли куда-то не туда, и нужно обернуться и найти то место, где не туда свернули. Художники все правильно поняли, и каждый отыскал свою точку бифуркации. 


Иван Плющ (Cанкт-Петербург). 100 долларов. Из серии Большие деньги текут. 2015. Холст, акрил. 
90х200 см. Фото: Елена Рубинова.

В выставке участвуют 21 художник из 16 регионов. В какой степени выставка позволяет увидеть, что на самом деле происходит в художественной жизни поколения до 35 в разных частях страны?

Д.М.: Ситуации в разных регионах очень не похожи между собой, кроме того, не все представленные авторы стремятся интегрироваться в какое-то более широкое художественное пространство. Контекст культурной стагнации иногда влияет позитивно – тому пример два краснодарских художника из круга КИСИ (Краснодарского института современного искусства) – они вполне владеют языком современного искусства, и сами делают свои события. Эта региональная институция создана художниками, они ни от кого не зависят и сами принимают решения, держа в голове историю искусства в ее самой свежей редакции. А есть такие авторы, которые, несмотря на давнее существование в их регионе официальных современных институций, продолжают искреннее лабать салонные картинки в надежде на коммерческий успех.

Какие надежды связывают сами художники с участием в такой выставке?

Д.М.: Сложно ответить за них – в процессе подготовки выставки мы говорили о том, как и что делать, что художник хочет высказать. Надо полагать, что любой творец хочет славы и денег – но получить их ему удается только как побочный результат бескомпромиссной постановки во главу угла своей творческой задачи. Могу сказать, что для некоторых уже очень известных художников карьерного продвижения не подразумевалось – скорее они помогали своими именами тем, кого знают меньше. Про остальных – лучше скажу о своих собственных надеждах: что их увидят кураторы, искусствоведы, галеристы и коллекционеры – и заинтересуются, и дальше все как-то будет продолжаться и нарастать. Увы, сложилось пока не совсем так, как я предполагала, когда мы начинали этот проект в январе 2015. В любом случае, за несколько месяцев моего общения с теми стипендиатами, у которых немного опыта в современном искусстве, я надеюсь, они получили представление о том, как работать в другом масштабе – «действуй локально, мысли глобально».

Момент получения денег – это конечно, оправдание надежд, но не на сами деньги, а на то, что художник сможет продолжать свое дело. В Москве и в Петербурге так или иначе существует какой-то арт-рынок, художественная сцена и активная выставочная жизнь. В регионах этого либо совсем мало или почти нет, и поэтому наличие такой стипендии – это важное решение для региональных художников, чтобы не ехать в Москву и Петербург, а остаться на своем месте и поддерживать какую-то художественную жизнь. 

Хотя в этой ситуации есть и противоречие – большая часть стипендии была потрачена художниками на то, чтобы вскладчину сделать выставку и напечатать каталог, то есть чтобы заявить о себе в Москве. Увы, без авторитета «центра» невозможно.

Александр Чурсин (Краснодар). Вид на Brooklyn. Из серии Only for Kings. 2014. Холст, масло. 
50х76,5 см. Courtesy: 16LINE/MAKARONKA, Ростов-на-Дону.

По большей части произведения на выставке – фигуративные, и довольно много живописи и графики. Как работает классическая форма у молодых художников, если иметь в виду, что в контексте этой выставки художественное высказывание далеко от консерватизма, с которым эта форма увязана в сознании широкой аудитории, да и, подчас, критиков? 

Д.М.: Напуганные официальным представлением фигуративного искусства критики начинают бояться формы и становятся слепыми к содержанию. Классика начинает у них становиться синонимом деградации.

Ну, то есть, видим обращение к народному лубку или шедеврам мировой живописи – ужас, консерватизм. Так ведь вопрос в том, зачем к прошлому обращаются. Вот Людмила Баронина – это же блистательный визуальный рассказ о том, что наступает Новое средневековье. Техника гравюры, с которой она работает – это по сути «самиздат», древняя малотиражка, альтернативная политинформация для бедных. И Баронина такими красивыми старинными контурами обрисовывает проблемы «культа личности», безумия военных действий, праздника в честь «героев», продолжающегося до полного морального падения. От того, что мотивы старинные – ясно, что люди не в первый раз с таким столкнулись. Ирина Дрозд перед классикой тоже не поклоны бьет. Морщинистые героини ее версий «Девочки с персиками» Серова и «Махи обнаженной» Гойи – современный «Портрет Дориана Грея», ирония над преклонением перед шедеврами прошлого, совершенной эстетикой, которая не может и не хочет ответить на этические вопросы современности.


Ирина Дрозд (Санкт-Петербург). Девочка с персиками уже не та. Из серии Культурный 
эйджизм.2015. Холст, масло. 130х110 см

Ирина Кулик: "Это уже устревшая точка зрения считать, что живопись не актуальна, а актуально, к примеру, видео". Читать далее. 

В отличие и от критиков и от адептов живописи, я отношусь к ней спокойно – это не более чем одна из равноправных техник. В видео или перформансе можно быть не менее фальшивым, работать с прогрессивной формой, а при этом, по сути, обслуживать консервативную систему. Для меня скорее важен «реализм», возвращение к конкретике, к фактам, личному свидетельству, и это происходит сегодня в разных видах искусства.

Объект Алины Белоусовой (Саратов) из серии «Неоинкубаторы Фаберже». Фото: Сергей Кармеев

Хотя возвращение живописи в последнее примерно десятилетие – мировая тенденция, наша выставка попала в крайне неблагоприятный локальный контекст. Недавно прошли выставки о якобы «русском реализме XXI века», обе с участием художника Беляева-Гинтовта, в основном известного своими радикально-евразийскими взглядами, на второй из них к Гинтовту добавилась целая партия низкопробного салона, а увенчала эту новейшую редакцию истории искусств экспозиция «Романтический реализм. Советская живопись 1925–1945 годов» в Большом Манеже, которую критики вполне справедливо упрекнули за нежелание рассмотреть смену течений и за подачу советского искусства как цельного явления: репрессированные и обласканные режимом выставлены рядом, как будто прямая дорога, перетекающая в нынешнюю генеральную линию. При этом все забыли, что как минимум в двух столичных выставках постсоветского пространства в этом же году был явлен в исторической перспективе альтернативный потенциал фигуративной живописи: «Новые русские рассказчики» в Русском музее в Санкт-Петербурге и «Спецфонд» в Национальном художественном музее Украины в Киеве. А выставка «Гиперреализм. Когда реальность становится иллюзией» в Третьяковке виртуозно показала, как желаемое выдается за действительное – во всех смыслах. И все эти глубокие обсуждения померкли перед пропагандой. 


Интервью: Елена Рубинова

© 2015 artandyou.ru и авторы

1
Похожие материалы

Валерий Кошляков: “Элизии – это даже не об искусстве, а об утраченных ценностях”

Лиза Савина: "Классическая модель, когда галерист кого-то продвигает и "везет" на себе, становится менее эффективна".

Симон Мраз: "Русское искусство заслуживает быть среди лучших, а я буду стараться привнести свой вклад, потому как все мы знаем, что это уже происходит"

Из чего складывается карьера художника?

Екатерина Рожкова: "Меня пугает слово "актуальность". Я чаще изображаю то, с чем люди жили раньше".

Дмитрий Иконников: "Я все ещё в восходящем потоке".

Игорь Новиков, Татьяна Назаренко: «Есть профессия Художник. Она безумно сложная».

Маргарита Баранова: "Вскоре после учебы пришло осознание, что работы оторванные от контекста, не подходят"

V биеннале молодого искусства. 1 июля - 10 августа.

Сергей Катран: "Искусство — это новая религия"

Виктор Мизиано: "Проблема Человека и гуманизма стала центральной в мире и в современном искусстве"

Artist talk с Борисом Матросовым: "В наше время все было бесплатно, а теперь все стало платно".

Елена Шипицина: "Когда искусство не досуговое занятие, а выражение мировоззрения".

Что представляет из себя ярмарка Cosmoscow 2015?

Бернардо Москьера: "В России я ощутил очень мощный, кипящий и молодой творческий потенциал".

Дмитрий Морозов: "Технологическое искусство прошло только самую первую стадию становления и будет набирать всё большую силу".

Алексей Шульгин: "Все новое идет в искусстве из технологии".

Таисия Короткова: "В картине мне интереснее правильно поставить вопрос, нежели ответить на него".

Дом творчества Castello di Boca - место, где всегда рады художникам.

"Это туалет не работает или произведение искусства под названием "туалет не работает"?" Идеология белого куба.

Тиражная графика - альтернативный способ коллекционирования.

Тима Радя: для меня слово "УЛИЧНОЕ" важнее, чем "ИСКУССТВО".

Карьера художника на арт-рынке. Как формируются цены?

Пекинский арт-рынок - уважение традиций

Коллекционирование в Майями.

Как коллекционировать искусство профессионально?

Арт фаст-фуд. Очерки морфологии современного искусства.

Инвестирование в искусство: для чайников.

Чехов: "Я пугаю своих детей художником Васнецовым."

Актуальные концепции и маркетинговые приемы для продвижения современного искусства.

Благотворительные культурные фонды.

Российский арт-рынок - что не так?

Наталья Смолянская об Инне Энтиной

Джавара АльСайд рассказывает об арт-рынке и художниках Саудовской Аравии




Комментарии

   
  •  22 мая 2016 в 18:29
    sveitsiske Mekaniske bevegelse kopi klokkerklokkerklokker
    sveitsiske Mekaniske bevegelse kopi klokkerklokkerklokker
    høy kvalitet kopi klokker
    høy kvalitet kopi klokker
  •  22 мая 2016 в 18:29
    [b][url=http://no.replicawatchstore.top/]sveitsiske Mekaniske bevegelse kopi klokker[/url][/b][b]sveitsiske Mekaniske bevegelse kopi klokkerklokkerklokker
    høy kvalitet kopi klokker
    høy kvalitet kopi klokker

Афиша / события